Волшебный мир музыки

Опубликовано Фев 11, 2015 в Академия танца

Поступив в училище, я оказался в волшебном мире музыки. Она звучала всюду: на утренних занятиях по классическому и характерному танцу, на школьных и театральных репетициях и, наконец, в театре в исполнении замечательного симфонического оркестра.

Я с упоением слушал балеты и оперы Чайковского, музыку Глазунова, Делиба, Глинки, Мусоргского, Верди, Бизе, с каждым днем расширялись музыкальные познания, и это в значительной степени примирило меня с мыслью, что мечта стать моряком ушла навсегда.

По общеобразовательным предметам я был подготовлен значительно лучше своих сверстников, и потому меня определили по этим предметам сразу в класс «В», а но специальным — в первый класс.

В училище был (он существует и сейчас) свой маленький театр с настоящей сценой, кулисами, небольшим партером и узенькой оркестровой ямой, где стоял рояль, под сопровождение которого шли школьные спектакли. В мое время там ставились «Привал кавалерии», «Очарованный лес», «Своенравная жена», концертные программы — дивертисменты. В этих спектаклях участвовали все воспитанники, от самых младших до выпускных классов, проходя необходимую для них сценическую практику.

Эти вечера или утренники в балетной школе привлекали массу любителей балета, пытавшихся угадать или «открыть» в маленьких танцовщицах и танцовщиках будущих светил академической сцены. Неизменными зрителями были, разумеется, и родители выступавших учеников. В антрактах и после окончания спектакля в коридорах и вестибюле школы шли горячие споры, обсуждения увиденного, предсказания будущей блестящей карьеры для одних и более сдержанные суждения о других. И никогда не было людей равнодушных, не заинтересованных в будущем нашего балета.

Моим первым выступлением на этой сцене был технически довольно трудный танец Шута из оперы-балета «Млада». Он включал в себя большие характерные кабриоли, двойные туры и даже стремительный большой пируэт, которым заканчивался танец. В основном он был построен на прыжковых движениях, а так как прыжок у меня был высоким, наш педагог по характерному танцу, в прошлом замечательный его исполнитель Александр Викторович Ширяев, поручил этот танец мне.